Итак, у Кришны есть варги. "Аришудана". И он вынужден убить их. У Кришны две заботы: "паритранайа садхунам винашайа ча душкртам" (БГ 4.8). Злодеи... Настоящие злодеи. Демоны, которые бросают вызов Кришне, которые хотят конкурировать с Кришной, которые зарятся на имущество Кришны, все они - враги Кришны, и они должны быть убиты. Так вот, такое убийство - убийство врагов - оправдано. Но затем возникает следующий вопрос. Ну хорошо, врагов можно убить. Положим. Но как убить своих учителей? "Гурун ахатва". Но если это ради Кришны, если есть в том высшая необходимость, то надо убить и своего учителя. В этом философия. Ради Кришны. Если Кришна хочет, то невозможно... Если Кришна желает, чтобы ты убил своего учителя, то ты должен сделать это. В этом сознание Кришны. Конечно же, Кришна не будет просто так просить убить учителя, но... Потому что учитель и Кришна - это одно и то же. "Гуру-Кришна-крипайа" (ЧЧ Мадхья 19.151). Мы обретаем сознание Кришны по милости учителя и Кришны. Поэтому истинный учитель не будет убит, но так называемый учитель - будет. Так называемый "учитель", учитель-мошенник должен быть убит. Как с Прахлада Махараджем. Прахлада Махардж... стоял и смотрел, как Нрисимхадев убивал его отца. Отец - всегда учитель. "Шарва-девамайо гурух" (ШБ 11.17.27). Отец так же учитель, в принципе. По факту рождения он - учитель. Ну и как же Прахлада Махардж позволил Нрисимхадеву убить своего учителя? Его отца. Ведь всем известно, что Хараньякашипу - его отец. Как вам понравилось бы быть свидетелем того, как кто-то убивает вашего отца? Будуте пассивно молчать? Обязаны вы смиренно наблюдать? Нет. Не обязаны. Когда на вашего отца нападают, вы обязаны сопротивляться. Как можете. Ценой своей жизни. Как можно допустить убийство своего отца?! Наш долг воспрепятствовать этому. Но Прахлада Махарадж не протестовал. Он мог бы попросить, как чистый преданный: "Мой дорогой Господь, прости пожалуйста моего отца". Он так и сделал. Но он также знал, что его отец не был убит. Это тело отца было убито. Позже он просил за отца по-другому. Он знал, что Нрисимхадев в гневе прежде всего убил тело, он знал, что это тело не есть мой отец. Мой отец - это душа. Так пусть Господь убьет тело мого отца. А затем я попрошу о спасении его души.