Истинный ученик

Шрила Гоур Говинда Свами

Отрывок из лекции, прочитанной 7 апреля 1992 года

Глава из книги «Гуру-даршана»

 

 Гаудия-сапрадая, парампара Чайтаньи Махапрабху, - истинная сампрадая вайшнавов. Необходимо принимать наставления, которые приходят от ачарьев этой ученической преемственности и применять их в своей жизни. Тогда вы сможете обрести милость Махапрабху. Кришна-сева — это служение Кришне, со­вершаемое с искренним сердцем. Мы не общаемся с теми, кто принадлежит к псевдо-сампрадаям, у нас нет с ними общих дел. Махапрабху приказал: «Стань гуру и освободи мир!» Мой духов­ный учитель, Шрила Прабхупада, принял это наставление и за­тем передал его мне. Я хочу исполнять указание своего гуру. Мне чуждо двуличие и корысть. Я не желаю вступать в ряды муркха-сампрадай, капатья-сампрадай или пхалгу-сампрадай — глупцов, лицемеров и притворщиков. И других я никогда не стану учить двуличию и лицемерию. Вишайи (материалисты) двуличны, ко­варны и завистливы. Ими руководит корысть. Все они принадле­жат к псевдо-сампрадаям. Вайшнавы истинной сампрадаи, беру­щей своё начало от Гауранги Махапрабху, настолько могущест­венны, что способны навсегда покончить со всеми псевдо-сампрадаями. Они двадцать четыре часа в сутки заняты любовным преданным служением лотосным стопам Шри Радха-Кришны под руководством своего гуру. Их служение абсолютно бескоры­стно — нишкапата-сева. Ачарья должен быть истинным. При­творщик не может заменить собой ачарью. Истинный ачарья смиреннее травинки, терпеливее дерева. Он не ожидает почтения к себе и оказывает почтение каждому, потому что видит Кришну в сердце каждого живого существа.

Наши принципы и наше учение исходят от Махапрабху и гуру-парампары. Это садачар — закон, которому мы подчиняем­ся. Это наш кодекс поведения, наше достояние, и оно предназна­чено для всего человечества. Если мы не следуем этим принци­пам в своей жизни, если мы изменяем их или добавляем что-то от себя, то становимся оскорбителями. Это пренебрежение ука­заниями гуру, один из видов нама-апарадхи. Совершив такое ос­корбление, мы отдалимся от лотосных стоп гуру. Он не позволит нам приблизиться к своим лотосным стопам. Однако если для служения гуру я должен стать гордым, я ни на минуту не задума­юсь перед тем, как исполнить его волю. Если будет нужно ро­диться в теле животного, я буду рад служить своему гуру таким образом. Понимаете ли вы мою мысль? Именно так настоящий ученик служит духовному учителю.

«Я не сомневаюсь в словах своего гуру. Я никогда не стану слушать никого, кроме гуру. Я отвергаю любые наставления, ко­торые не совпадают с учением нашей гуру-парампары и Махапрабху. Если чьё-то мнение отличается от того, что я узнал от своего Гурудевы, я, подобно Бхимасене, одним ударом уничтожу эти ложные взгляды. Я так горд! Силой лишь крупицы пыли со стоп моего гуру миллионы и миллионы людей этого мира могут обрести освобождение. Вы должны осознать, каким могущест­вом обладает даже одна крохотная частица пыли со стоп моего гуру. В мире нет более великого учёного, чем мой гуру. Для меня нет иного учёного. Никто — ни человек, ни полубог — не облада­ет таким знанием, которое есть у моего гуру. Я знаю это наверня­ка. Никто не может учить тому, чему учит мой гуру. В этом мире нет ничего тяжелее крупицы пыли со стоп моего гуру». Так рас­суждает последователь истинной гуру-парампары. Я считаю себя последователем такой парампары. Такова суть нашего учения, которое мы должны хорошо усвоить.

Только Махапрабху может дать прему. Мира Бхаи обрела саюджъя-мукти, но мы презираем этот вид «освобождения». Она хотела слиться с телом Господа. Джива Госвами однажды высоко оценил её высказывание о том, что Кришна — единственный мужчина. Но на этом её философские заслуги кончаются. Гаудия-вайшнавы не принимают саюджья-мукти. Мы не желаем даже_; слышать о нём. Я очень горд. Я уничтожу его своим кулаком. Чело (прочь)! Вы понимаете смысл того, о чем я говорю? Только Махапрабху даруёт прему и никто другой. Как вы сможете обрести прему, если не примете Его руководство? Поймите этот простой факт. Зачем всё усложнять? Не изменяйте ничего, не добавляйте ничего от себя. Примите всё таким, как оно есть. Это самое важное. Мы можем видеть противоречия в учении, но знайте: в таттве нет противоречий. Вы должны понять её. Существует две точки зрения: относительные суждения (апара-вичара) и аб­солютные (таттва-вичара). Материальные рассуждения, основанные на внешнем опыте, не имеют отношения к таттве. Философия Гаудия-вайшнавов покоится на фундаменте таттва-вичары. В этом её уникальность.

 

История Упаманью

 В «Махабхарате» есть эпизод, рассказывающий о муни по имени Дхаумья, у которого был ученик-брахмачари Упаманью.

Однажды Дхаумья сказал Упаманью: «Я хочу дать тебе служение. Отныне поручаю тебе заботиться о моих коровах. Это бу­дет твоя сева».

Ученик стал послушно выполнять наказ своего гуру. Он просыпался рано утром, проводил мангала-аратрику и шёл в джунгли пасти коров. Вечером, по возвращении, он приносил дандаваты своему гуру.

Через несколько дней Дхаумья заметил, что Упаманью заметно прибавил в весе. Разгневавшись, учитель спросил ученика:

— Упаманью, я вижу, ты на глазах толстеешь! Расскажи-ка мне, что ты ешь?!

Смиренно сложив руки, Упаманью ответил:

— О Бхагаван, я живу подаянием, собираю бхикшу. Я обхожу несколько домов, прошу немного еды (мадхукари), тем и питаюсь.

— Кто разрешил тебе это? Спросил ли ты моего разрешения? Как ты мог так самовольно действовать? Я запрещаю тебе впредь так поступать! Согласно шастрам, бхикша принадлежит гуру. Всё, что соберёшь, ты должен отдавать мне — ученик не имеет права на собственность гуру.

— Слушаюсь, мой господин, — отвечал Упаманью. — Твоё слово для меня — закон.

С тех пор он стал отдавать всю бхикшу своему гуру. Через несколько дней, когда Упаманью пришёл поклониться учителю, тот заметил:

— Итак, теперь всё, что ты собираешь у домохозяев, ты отдаёшь мне. И, тем не менее, живот твой растёт день ото дня. Что ты ешь?

— О, Гурудев, расскажу без утайки: то, что собираю в первый раз, я отдаю тебе. Затем я второй раз обхожу людей и эту бхикшу оставляю себе.

— Это до добра не доведёт. В тебе постепенно разовьётся жадность. Я тебе такого не говорил! Почему ты нарушаешь мой приказ? Немедленно прекрати это!

— Да, Гурудев, я повинуюсь тебе!

Через некоторое время гуру снова обратился к ученику:

— Упаманью! Я запретил тебе забирать бхикшу себе и насто­ял на том, чтобы ты отдавал всё собранное мне. Я вижу, ты так и поступаешь, но не худеешь. Как это тебе удается?

— О, Гурудев, я беру у коров молоко.

— Что?! Ты забираешь у коров молоко? Да как ты смеешь! Разве это то, что я поручил тебе делать?

— Хорошо, учитель, я больше не буду.

Ученик перестал пить молоко. Прошло время, и Дхаумья Муни снова подозвал к себе Упаманью:

— Мой мальчик, я приказал тебе отдавать всю бхикшу без ос­татка мне — ты подчинился. Я запретил тебе брать молоко от ко­ров — ты не ослушался. И всё же круглый живот твой говорит сам за себя. Ты что-то ешь?

— Да, Гурудев. Когда телята попьют молоко, у них на губах остаётся молочная пена. Я слизываю её и этим питаюсь.

— Вы только посмотрите на него! Кто сказал тебе этим зани­маться? По природе коровы очень добры, они испытывают к те­бе благодарность и потому дают всё больше и больше молока, чтобы тебе досталось больше пены. И скоро ты в дверь не вле­зешь! Не смей этого делать!

— Как прикажешь, учитель, — ответил Упаманью.

Вот пример строгого следования наставлениям. Гуру нало­жил столько запретов, но ученик смиренно подчинялся его воле. А вы постоянно думаете: «Зачем мне эта гуру-сева? Она слишком трудна для меня. Лучше совершать майя-севу, это гораздо легче». Ведь так?

А Упаманью принимал всё, что ему говорил гуру. Он и в мыслях не мог нарушить приказ учителя. И, наконец, голод настиг его. Что было делать? Упаманью подумал: «От голода я ослабею и упаду! Как же я смогу служить своему гуру?»

Он съел ядовитые листья куста арка и ослеп. Незрячий, он долго без цели бродил по лесу, пока не упал в глубокий колодец.

В тот вечер гуру не дождался своего ученика, который с на­ступлением темноты всегда возвращался с коровами и приносил поклоны учителю. Встревоженный, Дхаумья Муни стал размыш­лять, что могло случиться с Упаманью.

Гуру всегда питает нежные чувства к ученику, хотя внешне может быть очень строг с ним. Такова природа садху. Его сравни­вают с кокосовым орехом: снаружи он твёрд, но внутри — очень мягок.

Итак, Дхаумья Муни рассуждал: «Упаманью не вернулся се­годня. Я запретил ему есть, и он так измучился, что не пришёл».

Вместе с несколькими брахмачари он отправился в лес на поиски ученика. Блуждая в чаще, они кричали: «Упаманью! От­зовись!», пока, наконец, не услышали голос со дна глубокого ко­лодца: «Гурудев! Я здесь! Я упал в колодец!» Найдя пропавшего ученика, гуру узнал, что тот ослеп от ядовитых листьев. Тогда он сказал: «Молись Ашвини-кумарам. Они могут вернуть тебе зре­ние».

Упаманью стал молиться, и Ашвини-кумары явились пе­ред ним. Они дали ему пирог и сказали:

— Съешь его — и к тебе возвратится зрение. Но он отказался:

— Я не притронусь к еде без разрешения гуру.

— Не бойся! Твой гуру прежде обратился к нам и уже полу­чил от нас этот пирог. Ученик может следовать за гуру.

— О, простите меня, но я не могу принять ваш дар. Ученик следует за гуру, но не имеет права подражать ему. Я не могу взять себе что-либо, если учитель лично об этом не скажет мне.

Ашвини-кумары были изумлены, увидев такое непоколе­бимое гуру-бхакти в ученике. Довольные им, они дали ему своё благословение:

— Твои зубы станут золотыми, а зрение — необыкновенно острым. Более того — ты обретёшь духовное зрение.

Упаманью выбрался из колодца и принес дандават-пранамы своему гуру. В ответ Дхаумья Муни сказал: «Ты прошёл труд­ное испытание. Я доволен тобой; теперь прими мои сердечные благословения».

По милости гурудевы Упаманью обрёл чистое кришна-бхакти. Ему открылись все истины и тайны ведического знания. Об этом говорится в стихе:

мукам кароти вачалам

пангум лангхайате гирим

йат крипа там ахам банде

шри-гурум дина-таранам (1)

 Такова гуру-крипа. Милость гуру настолько могущественна, что обладатель её, даже будучи немым от рождения, сможет про­износить изысканные речи о ведической философии и, даже бу­дучи калекой, сможет переходить горные кручи. Неведомая сила вольётся в него. Эта сила — гуру-крипа.

Старайтесь развивать такое отношение к миру: всё, что во­круг вас, принадлежит гуру и Гауранге. Нужно думать так: «Мне это не принадлежит. Это собственность гуру и Гауранги. Они име­ют право наслаждаться; я — нет. Я просто их слуга. Всё нужно ис­пользовать лишь для служения им. Служение — моя вечная дхар­ма. Наслаждения — не моя дхарма».

Каким бы трудным для исполнения ни был приказ гуру, ис­тинный ученик — сат-шишья — выполнит его беспрекословно. Ес­ли потребуется отдать жизнь, он пожертвует ею ради служения гуру, потому что знает: «Какой прок от моей жизни, если я не мо­гу посвятить её гуру и Гауранге? Моя вечная природа — служение; зачем мне жить, если у меня нет возможности служить?» Без севы ученик мёртв!

......................................................................

1)      Стих из начала «Бхавартха-дипики», комментария Шридхары Свами к «Шримад-Бхагаватам».

 

Редакция: Ари Мардан д.