Кама. Величайшая привязанность

Шрила Гоур Говинда Свами

Статья из журнала «Бхагават-даршан» на ория

Также статья была опубликована в

«Шри Кришна-катхамрита бинду», №13, от 28 сентября 2001г.

 

Слово йошит означает «то, что предназначено для наслажде­ния». Между мужчиной и женщиной существует естественное вза­имное влечение. Едва увидев друг друга, мужчина и женщина начи­нают думать о том, как насладиться его (её) телом. Йошит-санга оз­начает плотское желание, стремление насладиться телом женщи­ны. Давайте рассмотрим это чувство с абсолютной точки зрения. В этой связи есть одна история.

Индией некогда правил мусульман­ский император Акбар. У Акбара был придворный шут-советник по имени Бирбал. Однажды Бирбал рассказывал Акбару о том, что влечение к женщинам так сильно, что даже старый человек не мо­жет быть от него свободным. Император был поражён и никак не мог поверить в это. Тогда Бирбал повёл царя в дом умирающего ста­рика. Бирбал попросил царя взять с собой дочь, которая была моло­да и хороша собой. Царь и его советник подошли к умирающему с одной стороны кровати, тогда как принцесса подошла с другой сто­роны. Не обращая никакого внимания на присутствие царя, умира­ющий старик устремил свой взор на молодую девушку. Увидев это, царь уже не мог не согласиться с мнением Бирбала. Он отчётливо увидел вожделение в глазах умирающего: даже на пороге смерти человек не был свободен от похоти.

В Девятой песни «Шримад-Бхагаватам» приводится история о царе Яяти и его жене Деваяни. Эта история несёт такой же урок.

В течение многих лет царь Яяти наслаждался обществом красивых женщин, но, когда жизнь его стала клониться к закату, он испытал невыносимую тоску. В беседе со своей женой Деваяни царь рассказал ей о том, как трудно ему отречься от материальных удовольствий после того, как он развил привязанность к временным объектам чувств. Яяти ска­зал: «Даже в старости, когда чувства уже не способны функциони­ровать как следует, желание чувственных удовольствий остаётся та­ким же сильным. Это и является причиной моей скорби». Яяти рас­сказал аллегорическую историю, в которой сравнил жизнь привя­занного домохозяина с жизнью козла: «Однажды козёл забрёл в лес в поисках сочной травы. Там он набрёл на козу, которая упала в ко­лодец и не могла выбраться из него. Своими рогами козёл стал ко­пать землю вокруг колодца для того, чтобы освободить козу и так быст­ро достиг своей цели. Коза, оценив красоту своего спасителя, в душе своей решила женить его не себе. Так всё и произошло.

Однако в лесу жили и другие козы, которые также были не прочь связать свою жизнь с таким чудесным, симпатичным и мужест­венным козлом. Наш козёл был совсем не промах и с большой радостью воспользовал­ся всеми преимуществами данной ситуации, найдя в ней щедрый подарок судьбы. Козёл жил в лесу со своей очаровательной молодой женой, но тайно от неё встречался с другими не менее очарователь­ными молодыми козами. Козёл, казалось, превратился в одержимо­го злым духом – желание секса толкало его всё дальше и дальше. Это не могло продолжаться долго. Узнав о «похождениях» своего рогатого супруга, которого она считала верным и порядочным семьянином, коза ушла от него. Она отправилась к своему хозяину с твёрдым на­мерением больше не возвращаться назад ни при каких условиях. Несчаст­ный козёл бежал за ней всю дорогу, тщетно уговаривая её вернуть­ся домой. Но коза оставалась непреклонной. Когда брахман, кото­рому принадлежала коза, узнал от неё о случившемся, он по её же просьбе кастрировал бедного козла. Козёл плакал и плакал, но ничто не могло его теперь успокоить. Он страдал по причине того, что больше не сможет удовлетворять свою похоть и корил себя вновь и вновь. Видя раска­яние своего брошенного супруга, и сострадая его горю, коза убедила брахмана, своего хозяина, восстановить с помощью магической силы утраченное мужское достоинство козла. Великодушный брах­ман тотчас же исполнил просьбу козы. Они снова зажили вместе и провели много лет в эротических наслаждениях. Однако и по про­шествии многих лет козёл не мог испытать полного удовлетворения. Он хотел всё больше и больше удовольствий и не знал, как остановить свою похоть». Заключая своё повествование, царь Яяти продолжил: «Моя дорогая супруга, я ни в чём не лучше этого глупого козла. Очарованный твоей красотой, я совершенно забыл о цели человеческой жизни. Я предавался чувственным наслаждениям, не думая о самопознании».

Такова природа секса! Никакое количество сексуальных удо­вольствий не может насытить наши чувства. Вместо того, чтобы утихать, желание секса только разгорается с новой силой, подобно тому, как всё сильнее и сильнее разгорается огонь, в который льют топ­лёное масло. Нет ничего сложнее, чем побороть в себе сексуаль­ный порыв. Это поистине задача для титана. В Девятой песни «Шримад-Бхагаватам» (9.19.16) сказано:

йа дустйаджа дурматибхир джирйато йа на джирйате

там тришнам духкха-нивахам шарма-камодрутам тйаджет

«Тому, кто привязан к чувственным удовольствиям, совершенно невозможно избавиться от чувства обладания материальными объектами. Даже будучи инвалидом и немощным стариком, чело­век не хочет отказываться от чувственных желаний. Поэтому тот, кто стремится к счастью, должен оставить материальные желания, которые являются причиной всех его страданий».

Материальные чувственные удовольствия столь сильны, что ни одна обусловленная душа не в состоянии отказаться от них даже в глубокой старости.

Джива является слугой Верховного Господа. Такова её вечная дхарма. Однако, забыв о своём долге, джива страдает и скор­бит подобно голубю, о котором повествует следующая история из Одиннадцатой песни «Шримад-Бхагаватам». Эта история была рас­сказана авадхута-брахманом в беседе с царём Суяджной.

Итак, голубь и его супруга мирно жили на дереве в лесу. Они нежно любили друг друга. Их взаимная привязанность была столь сильна, что они не разлучались даже на мгновенье. В действительно­сти, подобный вид привязанности одной дживы к материальному телу и уму другой дживы является искажённым отражением истин­ной духовной любви, связывающей дживу и Верховного Господа. Все живые существа ищут любви, вечной любви. Сами того не зная, они ищут вечных и совершенных отношений с Богом. Но, забыв о Господе, обусловленные души привязываются к инертной материи.

Не подозревая о природе души и о её стремлении к Богу, голубь и его супруга жили счастливо. Бережно храня супружескую верность, они всё своё время проводили вместе: летали, играли, ворковали, спали, ели... Глупый голубь был так сильно влюблён в свою супругу, что, в ко­нечном итоге, оказался полностью у неё «под каблуком». Не думая ни секунды он спешил исполнить каждое её желание, даже если это бы­ло нелегко. Со временем у них появились птенцы. Счастливые супруги постоянно говорили друг с другом о своих детях и с умилением наблю­дали за их забавами. Далее сказано («Шримад-Бхагаватам», 11.7.61):

снеханубаддха-хридайав анйонйам вишну-майайа

вимохитау дина-дхийау шишун пупушатух праджах

«Глупые птицы, привязанные друг к другу, были полностью околдованы иллюзорной энергией Господа Вишну и как ни в чём ни бывало продолжали заботиться о своих отпрысках».

Однажды, занятые поиском пищи в лесу, птенцы попались в сети охотника. Родители увидели, что произошло с их детьми и страшно испугались. Оказавшись во власти энергии Господа Вишну, мать принялась громко причитать и плакать. Попытавшись высво­бодить своих детей, она сама также запуталась в сетях. Голубь, уви­дев, что произошло с его детьми и любимой супругой, зарыдал во весь голос. Боль его была нестерпимой.

Авадхута-брахман продолжал свой рассказ («Шримад-Бхагава­там», 11.7.68):

ахо ме пашйатапайам алпа-пунйасйа дурмате

атриптасйакритартхасйа грихас трай-варгико харах

«Голубь причитал: «Увы, увы! Как я несчастен! Я – величайший глупец, ибо мне не удалось исполнить свой долг. Я не смог ни обре­сти мирского счастья, ни достичь цели жизни. Моя семья, основа моей религиозности, экономического благополучия и чувственного удовлетворения, разрушена».

Голубь плакал: «О лесные твари, посмотрите на меня и мою жалкую долю! Желание чувственных удовольствий охватило меня целиком и погубило. Я пропал! Мой долг праведного домохо­зяина (грихастха-дхарма) нашёл свой печальный итог. Теперь, ког­да моя законная, послушная жена и мои любимые дети оказались в сетях охотника, меня более ничто не связывает с этой жизнью!» Вы­крикнув эти прощальные слова, глупый и жалкий голубь бросился в сети охотника, последовав за своими женой и детьми.

Каков смысл этой истории? Люди, которых заботит лишь бла­гополучие их семей, достигают того же результата в жизни, что и ге­рои данного повествования. Завершая рассказ, авадхута-брахман посоветовал царю Суяджне («Шримад-Бхагаватам», 11.7.74):

йах прапйа манушах локам мукти-дварам апавритам

грихешу кхага-ват сактас там арудха-чйутам видух

«Перед человеком, который достиг цели жизни, широко распа­хиваются двери освобождения. Но если всю свою жизнь он, подоб­но голубю из рассказанной мной истории, лелеет жалкую привя­занность к семье, жене и детям, про него следует сказать так: он долго забирался на высокую скалу лишь для того, чтобы спрыгнуть с неё вниз и убиться насмерть».

Человек, который запутался в семейной жизни, не имеет милос­ти Господа. Так говорят о нём святые мудрецы.

Авадхута-брахман продолжал наставлять царя («Шримад-Бха­гаватам», 11.8.1):

сукхам аиндрийакам раджан сварге нарака эва ча

дехинам над йатха духкхам тасман неччхета тад-буддхах

«О царь! Ад и рай, счастье и горе для обитателей этого мира равнозначны: они приходят сами собой, не ожидая приглашения. Зная это, разумный человек не стремится к счастью, и не стремит­ся избежать страданий».

О том же самом говорится в Одиннадцатой песни «Шримад-Бхагаватам» в беседе царя Пуруравы и Урваши. Царь Пурурава был страстно влюблён в небесную куртизанку Урваши, но судьба разлу­чила их. Пурурава скорбел и мечтал о новой встрече. Желая помочь царю, Гандхарвы вручили ему священный огонь, с помощью кото­рого он провёл ягью для удовлетворения полубогов и так вернул воз­любленную.

Когда Урваши собиралась первый раз покинуть царя, Пурура­ва отчаянно молил её: «Дорогая моя, пожалуйста, не уходи! Как мо­жешь ты оставлять меня в таком ужасном положении!?» Царь скорбел о том, что не может преодолеть своей привязанности к Ур­ваши («Шримад-Бхагаватам», 11.26.7):

ахо ме моха-вистарах кама-кашмала-четасах

девйа грихита-кантхасйа найух-кханда име смритах

«О как я жалок! Как велика моя иллюзия! Прекрасная богиня обняла меня и приковала к себе! Моё сердце сгорает в огне вожде­ления, и я уже не понимаю, куда катится моя пропащая жизнь!»

Пурурава не замечал того, сколько раз всходило и сколько раз заходило солнце в те «счастливые» дни, которые он проводил в любовных наслаждениях в обществе своей возлюбленной. Теперь, когда Урва­ши покинула его, Пурурава корил себя вновь и вновь («Шримад-Бхагаватам», 11.26.9):

ахо ме атма-саммохо йенатама йоиштам критах

крида-мригаш чакраварти нарадева-шикхашаних

«Хотя меня считают могучим непобедимым воином, предводи­телем всех властителей Земли, я всего лишь жалкая собачонка, во всём послушная воле женщины».

Пурурава укорял себя в слабости и слепоте: далее, отвергнутый своей возлюбленной, он продолжал жаждать её общества и мечтал вновь, как и прежде, удовлетворять с ней свои плотские желания («Шримад-Бхагаватам», 11.26.11):

кутас таейанубхавах ейат теджа ишатвам эва

ва йо 'нвагаччхам стрийам йантим кхара-ват пада-тадитах

«Где мои могущество, влияние и власть? Подобно ослу, которо­го лягает в морду ослица, я бегу за женщиной, которая давно меня оставила».

Когда осёл приближается к ослице с желанием заняться с ней сексом, ослица больно лягает его. Точно так же страдает материа­лист, когда пытается удовлетворять свои плотские желания».

Пурурава уже сказал о том, что знание и отречение бесполез­ны, если человек использует их силу для того, чтобы привлечь к себе женщин, вместо того, чтобы направить их на самоосознание.

Йошит-санга, общение с женщинами, чрезвычайно неблагопри­ятно и опасно для человека, который стремится продвигаться по пу­ти бхакти. Как мы видим, «Шримад-Бхагаватам», царь всех шастр, содержит множество свидетельств в пользу этого утверждения.

В беседе с Уддхавой в Одиннадцатой песни «Шримад-Бхагаватам» (глава 14) Кришна говорит о том, что йошит-санга порождает привязанность и усиливает стремление человека к материальным удовольствиям. Шри Кришна говорит («Шримад-Бхагаватам», 11.14.30):

на татхаейа бхавет клешо бандхаш чанйа-прасангатах

йошит-сангад йатха пумсо йатха тат-санги-сангатах

«Из всех видов рабства, проистекающих из материальной привязанности, нет более сильного, чем то, что возникает из привязанности к женщинам или близкого общения с мужчинами, привязан­ными к женщинам».

Как было сказано ранее в нашем повествовании, даже после того, как царь Пурурава в течение долгого времени наслаждался об­ществом своей прекрасной возлюбленной, он не обрёл удовлетворе­ния. То же самое испытал и царь Яяти. Свой жизненный опыт он вы­разил в стихе, которым и будет уместно завершить наше повество­вание:

на джату камах каманам упабхогена шамйати

хавиша кришна-вартмена бхуйа эвабхивардхане

«Невозможно потушить огонь, вливая в него топлённое мас­ло, – наоборот, в этом случае огонь будет гореть ещё сильнее; точно так же невозможно потушить огонь вожделения, удовлетворяя чув­ства; чем больше человек посвящает себя чувственным наслаждени­ям, тем с большей силой разгорается в нём огонь страстей. Поэто­му единственный способ избавиться от страсти состоит в том, что­бы ограничить деятельность чувств, заняв их в преданном служении Господу».

.......................................................

Из книги «Према-юга», глава 5.

Редакция: Ари Мардан д., Ума д.д.